Великая красота
Стареющий римский писатель, много лет назад прославившийся единственным романом, кружит по ночному светскому Риму в поисках красоты, которая когда-то казалась ему очевидной, а теперь ускользает.
Соррентино строит «Великую красоту» как оммаж феллиниевской «Сладкой жизни», но переносит её вопрос в другое десятилетие: если у Феллини герой ещё гнался за красотой, то герой Соррентино, журналист и писатель Джеп Гамбарделла, уже давно поймал её — стал звездой римских салонов после единственного романа, написанного в молодости, — и теперь, приближаясь к шестидесяти пяти, обнаруживает, что пойманное оказалось пустым. Фильм не рассказывает историю в привычном смысле, а собирает серию ночей, вечеринок, разговоров и случайных встреч, из которых постепенно проступает портрет человека, потратившего десятилетия на подлинно красивую, но всё более бессмысленную жизнь.
Рим у Соррентино снят с почти избыточной пышностью — барочные фасады, террасы над городом, пустые в предрассветный час дворы — и эта визуальная роскошь работает не как украшение, а как контраргумент к внутренней пустоте героя: город прекрасен именно там, где человеческая жизнь внутри него выглядит истощённой. Джеп наблюдает за собственным кругом — художниками, аристократами, случайными знаменитостями — с иронией, которая постепенно перестаёт быть просто остроумием и превращается в форму усталости от собственного участия в этом же спектакле.
Соррентино сознательно не даёт герою внятного сюжетного разрешения: нет ни катастрофы, ни спасения, только серия эпизодов, в которых проступают редкие моменты подлинности — случайная встреча, воспоминание о юношеской любви, разговор со святой монахиней-нищенкой, чья простота резко контрастирует с окружающей роскошью, — и именно эти моменты, а не общая пышность картины, оказываются её настоящим содержанием. Фильм спрашивает, что происходит с человеком, который однажды нашёл свою большую красоту и с тех пор не смог найти ничего, что могло бы её превзойти или хотя бы сравниться с ней.
«Великая красота» получила «Оскар» именно за то, что сумела говорить об усталости, старении и утраченном смысле языком не меланхолии, а избыточного, почти карнавального изображения — красота здесь не противоречит пустоте, а стоит с ней рядом.
Ключевые идеи
- Фильм переосмысляет вопрос феллиниевской «Сладкой жизни»: героя интересует не поиск красоты, а то, что делать, когда она уже давно найдена и исчерпана.
- Визуальная роскошь Рима работает как контраргумент, а не украшение — город прекраснее всего там, где жизнь героя кажется наиболее пустой.
- У картины нет привычного сюжетного разрешения — это последовательность ночей и встреч, из которых складывается портрет усталости, а не история с развязкой.
- Редкие моменты подлинности среди светской пышности — случайная встреча, воспоминание, разговор со скромной монахиней — оказываются настоящим содержанием фильма.
- Ирония героя по ходу фильма перестаёт быть остроумием и превращается в форму усталости от собственного участия в спектакле, который он же и описывает.
Похожие фрагменты
- Эми (2015)
Хроника короткой жизни Эми Уайнхаус, собранная из домашнего видео и любительских съёмок задолго до славы, — фильм о том, как редкий талант и хрупкая психика становятся добычей индустрии и толпы.
- Бёрдмэн (2014)
Портрет стареющего актёра, который пытается доказать себе и миру, что за маской успеха когда-то было что-то настоящее.
- В поисках Сахарного Человека (2012)
Детективная история о музыканте из Детройта, который выпустил два альбома, остался никому не известен у себя дома и не подозревал, что на другом конце света давно считается легендой.
- Три цвета: Синий (1993)
Фильм о том, что свобода, добытая через утрату всего, что тебя держало, оказывается не облегчением, а отдельным видом боли.