Страсти Жанны д'Арк

Дрейер поставил перед собой задачу, которая до него никому в кино всерьёз не удавалась: рассказать историю Жанны д'Арк не через события, а через лицо — фильм почти полностью состоит из крупных планов, в основном лица актрисы Марии Фальконетти, снятого без грима, при жёстком, безжалостном освещении, которое не оставляет ей ни одной возможности спрятаться за красотой кадра. Сюжетно картина ограничивает себя судебным процессом и казнью, опуская военные подвиги Жанны, которые в других экранизациях становятся главным материалом, — Дрейера интересует не героиня-полководец, а человек перед лицом инквизиции, вынужденный отстаивать подлинность собственной веры перед людьми, для которых эта вера — угроза их власти.

Формальные решения фильма были радикальны для своего времени: непривычные ракурсы, минималистичные, почти абстрактные декорации без привычной глубины кадра, монтаж, который держит зрителя вплотную к лицу героини дольше, чем позволяли принятые нормы немого кино. Это не эстетическая игра, а способ лишить зрителя дистанции — фильм не даёт спрятаться за историческим контекстом или зрелищностью, заставляя смотреть на страдание и упорство напрямую, почти физически.

Судьи в фильме показаны не карикатурно, а как люди, действующие в рамках собственной логики власти и институциональной правоты, и именно поэтому конфликт не сводится к простому противостоянию добра и зла — это столкновение личной, не подтверждаемой ничем внешним веры с системой, которая требует доказательств и подчинения. Фальконетти, для которой эта роль осталась единственной крупной работой в кино, сыграла её так, что десятилетия спустя критики продолжают называть эту работу одной из вершин актёрского мастерства в истории немого кино.

Фильм многократно терялся и восстанавливался в разных версиях, и само это обстоятельство добавляет ему легенды, но главное, что сделало картину классикой, — редкая для кино способность превратить лицо одного человека в достаточное основание для полуторачасового фильма, не нуждающегося ни в диалогах, ни во внешнем действии, чтобы держать зрителя в напряжении.